Не решаясь что-либо менять в авторском тексте, выкладываю его так, как получила.
Возрастная категория 18+
четверг, 27 февраля 2014 г.
Все, что вы хотели, но стеснялись спросить о ПНЕВМОШЛАНГАХ (18+)
Не решаясь что-либо менять в авторском тексте, выкладываю его так, как получила.
Возрастная категория 18+
воскресенье, 23 февраля 2014 г.
пятница, 21 февраля 2014 г.
Когда стреляют - это страшно
Странным образом Вселенная совершает круг, по-моему, все же, все - спираль, по ней либо вниз, либо вверх не учитывая того, что сама она так же движется по какому-то собственному вектору.
Украина. Сообщения в Сети, на ТВ, в разговорах людей дают однозначную картину разрушения физического и человеческого.
Меня всегда очень огорчает, и заметно злит, когда люди начинают говорить об оружии и рассуждать о том, что такое поражающие элементы, что лучше выбирать для стрельбы на расстоянии, что для ближнего боя, и как им, собственно, жаль, что запрещают противопехотные мины.
Вчера я увидела в интернет фото раненых в Киеве, просто люди, такие как я, как мои друзья и родные, на улицах, раненые, перепуганные, беспомощные, озлобленные... Нет ничего ужаснее убийства, нет ничего разрушительнее для человеческого существа, чем убийство, и тем более убийство собрата, близкого или родного человека.
"Только не теряй разума", - повторяла я себе, сидя на полу в дальнем от окна углу небольшой частной гостиницы в Грозном, с трудом справляясь с сильной дрожью, которая накатывала на меня, раз за разом усиливаясь.
Я приехала в столицу Чечни не в первый раз, и прекрасно понимала, куда я еду, и оправданием для меня всегда было, есть и будет Зачем. Шел второй (из 14-ти как оказалось потом) день моей командировки, после долгого рабочего дня меня привезли к моей гостинице - небольшое здание из красного кирпича в два этажа, двускатной крышей, с внутренним двориком, автомастерской, выходящей на улицу, небольшим магазином буквально в квартале, где можно было купить все необходимое. Хозяин гостиницы - мужчина немного моложе моего отца, его семья занимала несколько комнат на первом этаже. Рано утром он поливал цветы водой из шланга, освежал асфальт перед входом, убирал мусор, скопившися за ночь.
Мои чеченские коллеги прикладывали все возможные усилия, чтобы я ни в чем не нуждалась, убедить их в том, что 2 килограмма шашлыка, салаты, домашний хлеб, соки и сладости - это как-то слишком для одного в 10 - 11 часов вечера - было невозможно.
Замечательно, что в номере был небольшой холодильник-бар, который при отсутствии алкоголя становился обычным маленьким вместилищем всего, что съесть невозможно.
Я работала за компьютером, ОРТ был единственным каналом, который вообще можно было смотреть - все остальное - сплошная рябь. Окна номера выходили на небольшую автостоянку, и были защищены решетками, было немного душно, работал кондиционер, от которого было мало толка, но открыть хотя бы форточку не приходило мне в голову - саранча. Ее было столько, что создавалось впечатление, что одна из египетских казней промахнулась географией.
Я сидела в кресле и работала, как всегда старалась сделать максимум за отведенное время; в наушниках, с музыкой и малой рябью на ОРТ.
Признаться честно, я не сразу поняла, что происходит, но очередной громкий хлопок где-то очень рядом заставил меня стянуть с головы наушники - на улице шла перестрелка. она приближалась: крики, какая-то возня, автоматные очереди, одиночные выстрелы, свист автомобильных колес, все это словно наплывало на меня.
Я закрыла экран ноутбука, выключила телевизор, и на какое-то время замерла в кресле, пытаясь понять, что делать дальше. За соседней стенкой остановились мать и сын - они когда то жили в Грозном, и приехали посмотреть на то, как изменился город, приехали понять, могут ли они вернуться туда, откуда вынуждены были уехать.
Я слышала, как женщина просила сына не вставать с пола и не поднимать головы. Я сползла с кресла и забралась в дальний угол комнаты.
Откуда-то радиостанция, видимо, настроенная на милицейскую волну, ужасно шипела и фонила, обильные переговоры, я могла уловить лишь начало и окончание сессии той или иной станции, и какие-то слова на русском.
На какое-то время показалась, что пронесло и все закончилось, даже подумалось, что может какие ребята шалили, умом ведь тутошних не понять, и даже пытаться не стоит. Но не пронесло, все продолжилось с новой силой.
Я сидела на полу, сжав ноги руками, резко выдыхала куда-то в коленки. "Паспорт в кармане, деньги с собой, мобильный ...". До меня вдруг дошло, что я же могу позвонить и меня заберут. Но я сидела и думала, и что, я позвоню и скажу: "Вы знаете, тут стреляют, не могли бы вы меня забрать". Если уж на то пошло, я не была уверена, могу я вообще говорить или нет. Чтобы проверить, я кашлянула - услышав себя, мне стало как-то чуточку спокойнее.
Скоро по дому забегали, судя по звукам и разговорам, вошли несколько мужчин, они спрашивали о постояльцах, разговаривали прямо за моей дверью.
Я вспомнила, как один хороший друг чеченец предупредил меня, чтобы я никому не говорила, что я по работе, в командировке, что имею хоть какое-то отношение к какому-то ведомству, для всех я - просто в гости приехала, просто девушка из Ростова-на-Дону.
"Я просто из Ростова-на-Дону, приехала посмотреть на новый город". Я сидела и смотрела как методично поворачивается ручка двери моего номера: туда-сюда, туда-сюда, словно с ней играют, не зная к чему ещё применить руки. Я не помню дышала ли я, пока все это происходило.
Видимо, хозяин гостиницы убедил пришедших, что ничего интересного тут нет. В непонятно откуда взявшейся тишине я слышала как стучит мое сердце где-то в ушах, где-то на уровне горла, я была уверена, что его слышат все, таким громким оно было для меня.
Где-то очень далеко стал различимым звук вертолета, я запомнила этот звук с Назрани, когда город патрулировали с воздуха боевые; потом сирены и милицейские и скорой, весь этот рой пронесся мимо, и потом все стихло.
"Только не теряй разума" - я сидела и справлялась с дрожью, важно было успокоиться. Я знала, что мне нужно изменить физику - стала раскачиваться, руки порядком затекли, но я по-прежнему держала их сцепленными в замок. Я понятия не имела здесь ли люди, с которыми говорил хозяин гостиницы, кто они и зачем они.
Утро наступило как-то вдруг, я ждала его как никогда, а оно взяло и наступило. Вместе с солнечным светом пришел покой, я сумела встать.
Дальше я не знаю, я стояла под душем и думала над тем, что мне делать, были мысли сесть в поезд - и уехать, попросить перевезти меня в другое место, оставаться ночевать на работе - но все это потребовало бы от меня объяснений, а объяснять я ничего не хотела, как не хотела вообще возвращаться к теме прошлой ночи.
По расписанию за мной приехала машина, я спустилась по лестнице, прошла через фойе, в котором хозяин гостиницы разговаривал с каким-то человеком. Они оба проводили меня взглядами до дверей, я прошла несколько метров до машины, парень с красивым именем Эмир с улыбкой ждал меня.
- Все хорошо? - спросил он.
- Все хорошо, - ответила я, глядя как двое мужчин провожают мою машину взглядами.
Вечером я вернулась в гостиницу и узнала, что мои соседи мама с сыном съехали этим утром.
Украина. Сообщения в Сети, на ТВ, в разговорах людей дают однозначную картину разрушения физического и человеческого.
Меня всегда очень огорчает, и заметно злит, когда люди начинают говорить об оружии и рассуждать о том, что такое поражающие элементы, что лучше выбирать для стрельбы на расстоянии, что для ближнего боя, и как им, собственно, жаль, что запрещают противопехотные мины.
Вчера я увидела в интернет фото раненых в Киеве, просто люди, такие как я, как мои друзья и родные, на улицах, раненые, перепуганные, беспомощные, озлобленные... Нет ничего ужаснее убийства, нет ничего разрушительнее для человеческого существа, чем убийство, и тем более убийство собрата, близкого или родного человека.
"Только не теряй разума", - повторяла я себе, сидя на полу в дальнем от окна углу небольшой частной гостиницы в Грозном, с трудом справляясь с сильной дрожью, которая накатывала на меня, раз за разом усиливаясь.
Я приехала в столицу Чечни не в первый раз, и прекрасно понимала, куда я еду, и оправданием для меня всегда было, есть и будет Зачем. Шел второй (из 14-ти как оказалось потом) день моей командировки, после долгого рабочего дня меня привезли к моей гостинице - небольшое здание из красного кирпича в два этажа, двускатной крышей, с внутренним двориком, автомастерской, выходящей на улицу, небольшим магазином буквально в квартале, где можно было купить все необходимое. Хозяин гостиницы - мужчина немного моложе моего отца, его семья занимала несколько комнат на первом этаже. Рано утром он поливал цветы водой из шланга, освежал асфальт перед входом, убирал мусор, скопившися за ночь.
Мои чеченские коллеги прикладывали все возможные усилия, чтобы я ни в чем не нуждалась, убедить их в том, что 2 килограмма шашлыка, салаты, домашний хлеб, соки и сладости - это как-то слишком для одного в 10 - 11 часов вечера - было невозможно.
Замечательно, что в номере был небольшой холодильник-бар, который при отсутствии алкоголя становился обычным маленьким вместилищем всего, что съесть невозможно.
Я работала за компьютером, ОРТ был единственным каналом, который вообще можно было смотреть - все остальное - сплошная рябь. Окна номера выходили на небольшую автостоянку, и были защищены решетками, было немного душно, работал кондиционер, от которого было мало толка, но открыть хотя бы форточку не приходило мне в голову - саранча. Ее было столько, что создавалось впечатление, что одна из египетских казней промахнулась географией.
Я сидела в кресле и работала, как всегда старалась сделать максимум за отведенное время; в наушниках, с музыкой и малой рябью на ОРТ.
Признаться честно, я не сразу поняла, что происходит, но очередной громкий хлопок где-то очень рядом заставил меня стянуть с головы наушники - на улице шла перестрелка. она приближалась: крики, какая-то возня, автоматные очереди, одиночные выстрелы, свист автомобильных колес, все это словно наплывало на меня.
Я закрыла экран ноутбука, выключила телевизор, и на какое-то время замерла в кресле, пытаясь понять, что делать дальше. За соседней стенкой остановились мать и сын - они когда то жили в Грозном, и приехали посмотреть на то, как изменился город, приехали понять, могут ли они вернуться туда, откуда вынуждены были уехать.
Я слышала, как женщина просила сына не вставать с пола и не поднимать головы. Я сползла с кресла и забралась в дальний угол комнаты.
Откуда-то радиостанция, видимо, настроенная на милицейскую волну, ужасно шипела и фонила, обильные переговоры, я могла уловить лишь начало и окончание сессии той или иной станции, и какие-то слова на русском.
На какое-то время показалась, что пронесло и все закончилось, даже подумалось, что может какие ребята шалили, умом ведь тутошних не понять, и даже пытаться не стоит. Но не пронесло, все продолжилось с новой силой.
Я сидела на полу, сжав ноги руками, резко выдыхала куда-то в коленки. "Паспорт в кармане, деньги с собой, мобильный ...". До меня вдруг дошло, что я же могу позвонить и меня заберут. Но я сидела и думала, и что, я позвоню и скажу: "Вы знаете, тут стреляют, не могли бы вы меня забрать". Если уж на то пошло, я не была уверена, могу я вообще говорить или нет. Чтобы проверить, я кашлянула - услышав себя, мне стало как-то чуточку спокойнее.
Скоро по дому забегали, судя по звукам и разговорам, вошли несколько мужчин, они спрашивали о постояльцах, разговаривали прямо за моей дверью.
Я вспомнила, как один хороший друг чеченец предупредил меня, чтобы я никому не говорила, что я по работе, в командировке, что имею хоть какое-то отношение к какому-то ведомству, для всех я - просто в гости приехала, просто девушка из Ростова-на-Дону.
"Я просто из Ростова-на-Дону, приехала посмотреть на новый город". Я сидела и смотрела как методично поворачивается ручка двери моего номера: туда-сюда, туда-сюда, словно с ней играют, не зная к чему ещё применить руки. Я не помню дышала ли я, пока все это происходило.
Видимо, хозяин гостиницы убедил пришедших, что ничего интересного тут нет. В непонятно откуда взявшейся тишине я слышала как стучит мое сердце где-то в ушах, где-то на уровне горла, я была уверена, что его слышат все, таким громким оно было для меня.
Где-то очень далеко стал различимым звук вертолета, я запомнила этот звук с Назрани, когда город патрулировали с воздуха боевые; потом сирены и милицейские и скорой, весь этот рой пронесся мимо, и потом все стихло.
"Только не теряй разума" - я сидела и справлялась с дрожью, важно было успокоиться. Я знала, что мне нужно изменить физику - стала раскачиваться, руки порядком затекли, но я по-прежнему держала их сцепленными в замок. Я понятия не имела здесь ли люди, с которыми говорил хозяин гостиницы, кто они и зачем они.
Утро наступило как-то вдруг, я ждала его как никогда, а оно взяло и наступило. Вместе с солнечным светом пришел покой, я сумела встать.
Дальше я не знаю, я стояла под душем и думала над тем, что мне делать, были мысли сесть в поезд - и уехать, попросить перевезти меня в другое место, оставаться ночевать на работе - но все это потребовало бы от меня объяснений, а объяснять я ничего не хотела, как не хотела вообще возвращаться к теме прошлой ночи.
По расписанию за мной приехала машина, я спустилась по лестнице, прошла через фойе, в котором хозяин гостиницы разговаривал с каким-то человеком. Они оба проводили меня взглядами до дверей, я прошла несколько метров до машины, парень с красивым именем Эмир с улыбкой ждал меня.
- Все хорошо? - спросил он.
- Все хорошо, - ответила я, глядя как двое мужчин провожают мою машину взглядами.
Вечером я вернулась в гостиницу и узнала, что мои соседи мама с сыном съехали этим утром.
четверг, 20 февраля 2014 г.
О Родине, не о Государстве
10-летний мальчик - Лев Протасов из Екатеринбурга в прошлом году написал стихотворение, которое вызвало бурю эмоций у читателей.
Вы его прочитайте не спеша, а потом поразмышляйте: на каких книжках, игрушках, фильмах, мультиках, надо воспитывать своих детей, чтобы они в 10 лет писали такие шедевры, имели такой высокий уровень осознанности в своей жизни и ощущали личную ответственность за судьбу своей Родины?
Мал ещё, но рассудить я в силе,
И никто меня не упрекнёт —
Нет страны, прекраснее России!
Этот вывод знаю наперёд!
Вырасту — поезжу я по миру.
И уверен, к берегам Родным,
Будет тяга непреодолимой,
Хоть откуда — но вернусь я к ним!
Потому, что Русский я по Духу!
Потому, что Русь — моя Земля!
Потому, что Мать моя — Славянка
И меня в России родила!
Потому, что здесь мой дом и школа!
Дед, Отец и все мои друзья,
Русская, любимая Природа,
Речь родная, здесь моя Семья!
Потому, что Прадед мой по крови
За Россию нашу — в землю лёг!
Подвиг наших воинов-героев
Знаю — помнит не один народ!
От чумы коричневой всю Землю
Русские солдаты сберегли.
Не подвластен подвиг их забвенью.
Поклонюсь им в пояс до земли!
«Псы» сейчас на Мать-Россию лают
Вместе с ней я эту боль приму.
Вырасту, окрепну, возмужаю
И тебе, Родная, помогу!
Ты сейчас немного приболела,
Ничего, Россиюшка, крепись!
Как и прежде на меня надейся,
Не сдавайся, Матушка, — держись!
Встанешь ты — великой и могучей,
Расцветёшь, как яблонька весной!
Для меня ты будешь самой лучшей!
Самой ненаглядной и Родной!
взято с Маленькие истории
Вы его прочитайте не спеша, а потом поразмышляйте: на каких книжках, игрушках, фильмах, мультиках, надо воспитывать своих детей, чтобы они в 10 лет писали такие шедевры, имели такой высокий уровень осознанности в своей жизни и ощущали личную ответственность за судьбу своей Родины?
Мал ещё, но рассудить я в силе,
И никто меня не упрекнёт —
Нет страны, прекраснее России!
Этот вывод знаю наперёд!
Вырасту — поезжу я по миру.
И уверен, к берегам Родным,
Будет тяга непреодолимой,
Хоть откуда — но вернусь я к ним!
Потому, что Русский я по Духу!
Потому, что Русь — моя Земля!
Потому, что Мать моя — Славянка
И меня в России родила!
Потому, что здесь мой дом и школа!
Дед, Отец и все мои друзья,
Русская, любимая Природа,
Речь родная, здесь моя Семья!
Потому, что Прадед мой по крови
За Россию нашу — в землю лёг!
Подвиг наших воинов-героев
Знаю — помнит не один народ!
От чумы коричневой всю Землю
Русские солдаты сберегли.
Не подвластен подвиг их забвенью.
Поклонюсь им в пояс до земли!
«Псы» сейчас на Мать-Россию лают
Вместе с ней я эту боль приму.
Вырасту, окрепну, возмужаю
И тебе, Родная, помогу!
Ты сейчас немного приболела,
Ничего, Россиюшка, крепись!
Как и прежде на меня надейся,
Не сдавайся, Матушка, — держись!
Встанешь ты — великой и могучей,
Расцветёшь, как яблонька весной!
Для меня ты будешь самой лучшей!
Самой ненаглядной и Родной!
взято с Маленькие истории
среда, 19 февраля 2014 г.
Я люблю писателей
Я не могу сказать, что я писатель, хотя, наверное, писатель.
Одно я могу сказать совершенно точно, мне крайне комфортно в осознании себя человеком, который оперирует словами, и создает настроение с их помощью.
Например, гладиолус.
1. Однажды Хемингуэй поспорил, что напишет рассказ, состоящий всего из четырех слов, способный растрогать любого читателя. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные»
2. Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных: «Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались…»
3. О.Генри победил в конкурсе на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку: «Шофёр закурил и нагнулся над бензобаком посмотреть, много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».
4. Англичане тоже организовывали конкурс на самый краткий рассказ. Но по условиям конкурса, в нем должны быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа: «О, Боже, — воскликнула королева, — я беременна, и не знаю, от кого!»
5. B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала: «Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот».
Grem
Одно я могу сказать совершенно точно, мне крайне комфортно в осознании себя человеком, который оперирует словами, и создает настроение с их помощью.
Например, гладиолус.
1. Однажды Хемингуэй поспорил, что напишет рассказ, состоящий всего из четырех слов, способный растрогать любого читателя. Он выиграл спор: «Продаются детские ботиночки. Неношеные»
2. Фредерик Браун сочинил кратчайшую страшную историю из когда-либо написанных: «Последний человек на Земле сидел в комнате. В дверь постучались…»
3. О.Генри победил в конкурсе на самый короткий рассказ, который имеет все составляющие традиционного рассказа — завязку, кульминацию и развязку: «Шофёр закурил и нагнулся над бензобаком посмотреть, много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».
4. Англичане тоже организовывали конкурс на самый краткий рассказ. Но по условиям конкурса, в нем должны быть упомянуты королева, Бог, секс, тайна. Первое место присудили автору такого рассказа: «О, Боже, — воскликнула королева, — я беременна, и не знаю, от кого!»
5. B конкурсe на самую короткую автобиографию победила одна пожилая француженка, которая написала: «Раньше у меня было гладкое лицо и мятая юбка, а теперь — наоборот».
Grem
Почему мне такие мужчины не попадались?:-)
Почему мне такие мужчины не попадались?:-)
— Здравствуйте, девушка, познакомимся, пообщаемся-прогуляемся?
— Здравствуйте. Ну, если ответите на три моих вопроса, идет?
— Да легко, спрашивайте!
— Что такое экстерриториальность? Кто такие малые голландцы? Что такое горизонт событий?
— Че? Типа, тест на интеллект, прикинь, Серый! Короче, первое — дипломатический термин, что-то вроде дипломатической неприкосновенности , но не для лиц, а для территорий, объектов разных, машин, формально, например, автомобиль посла считается территорией другого государства, ну, там, досматривать нельзя ,проникать и прочее. То же со зданием посольства, типа того. Малые голландцы —это семнадцатый век, пейзажики, портреты на темном фоне, реализм, естественно. Малые — ну , типа, на фоне Рембрантов всяких они бледновато выглядят, но вообще на уровне.
— Димон, ну они для квадрата рисовали, чтоб дыру в обоях заделывать, утилитарное искусство. Чисто деловые заказывали, ширпотреб всякий, ботва в общем, вот и «малые».
— Ты не попутал ничего? Ты, бля, изобрази сначала хоть стакан, потом про утилитарное искусство перетрем. Погнал, братан, в натуре ты.
— Слышь, ты обострить решил что-ли? Ты не обостряй…
— Извините, я…
— Ой, девушка, извиняемся, извиняемся, это, да, ну вот, гравитационный радиус, ну я не в теме за астрофизику особенно там, можно я щас один звоночек сделаю Сиплому, кой-чего уточню? Что вы смеетесь, ну я представление имею, не совсем темный, ну типа термин уточнить, а то сформулирую не так, а с меня потом ваши старшие спросят?
— …
— Але, Сиплый! А кто это? Марь Семенна здрассте, а Олежа дома? Спит? Ой, а сильно спит? Ага, понял, только лег. Не шумел? Марь Семенна, такой вопрос, вы извините, я Сиплого, извините, хотел Олега спросить, может вы знаете? Ага, вы там не слыхали случайно, по излучению Хокинга никак теоретически/экспериментально, пока нет подтверждений? Ага, ага, я-я-ясненько, ну ладно спасибо. А? Да мы только пиво, Марь Семенна, вы же нас знаете. Не-е, не будем!
— В общем, горизонт событий — это офигенно сложно, если в общем рассказывать, врать не буду, ну чисто для сколлапсировавшего объекта — гравитация настолько сильная на конкретном, типа, расстоянии, что никакая информация от объекта на волю уже не поступает, все в него валится, из него — ничего. Кванты света и прочая электромагнитноволновая шняга — не излучается.
— Пожизняк, особый режим, бля. И только к воротам подошел — ВОХРА выбегает и беспредельно затаскивет на нары и все, до конца там паришься.
— Типа да, как Серый говорит. Вот, ворота и запретка — это и есть горизонт событий, и не писем наружу, ни газет — все кум под себя подмял. Но, есть такая штука — излучение Хокинга, ну это все словеса без обосновы. За запреткой, типа из ничего, из вакуума внутри зоны вдруг рождаются пара — «мент-пацан», но из-за туннельного эффекта, типа пацан за забор попадает на свободный воздух, а мент в зоне остается, ха-ха. Квантовая лабуда эта, не верю я в нее до конца. Осознать трудно. Но если правда это, да и по всем законам — не бывает беспросветки, воля всегда светит пацану — то никаких горизонтов событий нет физически, коллапсар излучает все же доляну малую. Ну вот, типа все. Ну я слабо секу в теме, я обозначил сразу.
— Меня Лена зовут. А вас, Дмитрий и Сергей? Это «Жигулевское» у вас? Можно я глотну?
Взято с
Olga Larionova facebook page.
Grem
— Здравствуйте, девушка, познакомимся, пообщаемся-прогуляемся?
— Здравствуйте. Ну, если ответите на три моих вопроса, идет?
— Да легко, спрашивайте!
— Что такое экстерриториальность? Кто такие малые голландцы? Что такое горизонт событий?
— Че? Типа, тест на интеллект, прикинь, Серый! Короче, первое — дипломатический термин, что-то вроде дипломатической неприкосновенности , но не для лиц, а для территорий, объектов разных, машин, формально, например, автомобиль посла считается территорией другого государства, ну, там, досматривать нельзя ,проникать и прочее. То же со зданием посольства, типа того. Малые голландцы —это семнадцатый век, пейзажики, портреты на темном фоне, реализм, естественно. Малые — ну , типа, на фоне Рембрантов всяких они бледновато выглядят, но вообще на уровне.
— Димон, ну они для квадрата рисовали, чтоб дыру в обоях заделывать, утилитарное искусство. Чисто деловые заказывали, ширпотреб всякий, ботва в общем, вот и «малые».
— Ты не попутал ничего? Ты, бля, изобрази сначала хоть стакан, потом про утилитарное искусство перетрем. Погнал, братан, в натуре ты.
— Слышь, ты обострить решил что-ли? Ты не обостряй…
— Извините, я…
— Ой, девушка, извиняемся, извиняемся, это, да, ну вот, гравитационный радиус, ну я не в теме за астрофизику особенно там, можно я щас один звоночек сделаю Сиплому, кой-чего уточню? Что вы смеетесь, ну я представление имею, не совсем темный, ну типа термин уточнить, а то сформулирую не так, а с меня потом ваши старшие спросят?
— …
— Але, Сиплый! А кто это? Марь Семенна здрассте, а Олежа дома? Спит? Ой, а сильно спит? Ага, понял, только лег. Не шумел? Марь Семенна, такой вопрос, вы извините, я Сиплого, извините, хотел Олега спросить, может вы знаете? Ага, вы там не слыхали случайно, по излучению Хокинга никак теоретически/экспериментально, пока нет подтверждений? Ага, ага, я-я-ясненько, ну ладно спасибо. А? Да мы только пиво, Марь Семенна, вы же нас знаете. Не-е, не будем!
— В общем, горизонт событий — это офигенно сложно, если в общем рассказывать, врать не буду, ну чисто для сколлапсировавшего объекта — гравитация настолько сильная на конкретном, типа, расстоянии, что никакая информация от объекта на волю уже не поступает, все в него валится, из него — ничего. Кванты света и прочая электромагнитноволновая шняга — не излучается.
— Пожизняк, особый режим, бля. И только к воротам подошел — ВОХРА выбегает и беспредельно затаскивет на нары и все, до конца там паришься.
— Типа да, как Серый говорит. Вот, ворота и запретка — это и есть горизонт событий, и не писем наружу, ни газет — все кум под себя подмял. Но, есть такая штука — излучение Хокинга, ну это все словеса без обосновы. За запреткой, типа из ничего, из вакуума внутри зоны вдруг рождаются пара — «мент-пацан», но из-за туннельного эффекта, типа пацан за забор попадает на свободный воздух, а мент в зоне остается, ха-ха. Квантовая лабуда эта, не верю я в нее до конца. Осознать трудно. Но если правда это, да и по всем законам — не бывает беспросветки, воля всегда светит пацану — то никаких горизонтов событий нет физически, коллапсар излучает все же доляну малую. Ну вот, типа все. Ну я слабо секу в теме, я обозначил сразу.
— Меня Лена зовут. А вас, Дмитрий и Сергей? Это «Жигулевское» у вас? Можно я глотну?
Взято с
Olga Larionova facebook page.
Grem
Подписаться на:
Комментарии (Atom)